Еженедельник "Молодой Дальневосточник" > Происшествия > Из зала суда в Хабаровске: Мертвые младенцы

Из зала суда в Хабаровске: Мертвые младенцы


30-05-2018, 08:58. Разместил: Юрий Вязанкин

 

В Хабаровске мать погибшей в родильном доме девочки отдала врача под суд. По мнению потерпевшей Анны Асютиной и её родственников, смерть ребенка наступила из-за неправильных действий молодого акушера-гинеколога. Врач, которого я увидел на скамье подсудимых, действительно выглядел пронзительно юным. А его начальник заявил: внешность – обманчива и достаточно опытный специалист сделал все возможное для спасения жизни младенца.

22 мая состоялось  очередное слушание по делу о смерти новорожденной девочки. Главврач родильного дома, в котором случилось ЧП, после свидетельских показаний в суде дал интервью для нашей газеты. Заседание судья Письменная провела в закрытом режиме, чтобы не была разглашена врачебная тайна. Это привело в недоумение потерпевшую, бывшую пациентку, два года обращавшуюся в СМИ с противоположной целью – придать как можно большей огласке историю её трагических родов, чтобы этот случай никто не смог спустить «на тормозах».

 Историю Илании, всего три дня прожившей после появления на свет, «МД XXI век» рассказывал со слов матери новорожденной, Анны Асютиной, в феврале прошлого года, в статье «Родильный ком». Молодая женщина настаивала на правосудии, главной задачей которого она считала не допустить повторения её трагедии у других матерей. Довести дело до суда оказалось непростой задачей, так как мнение потерявшей малютку матери не разделяли сотрудники краевого минздрава. На этапе предварительного следствия возникли новые сложности – для составления обвинительного заключения оказалось необходимо провести три экспертизы, которые заняли много времени. В итоге дело о смерти Илании, случившейся 21 ноября 2016 года, суд начал рассматривать лишь весной 2018-го.

Кроме родственников потерпевшей, на этот суд пришли другие матери, считающие себя пострадавшими от действий врачей в хабаровских родильных домах. Среди них были и те, кто потерял ребенка, и те, у кого малыши получили в стационаре опасную инфекцию. Женщины нашли друг друга в социальных сетях и объединились в группу, в которой обмениваются опытом судебного противостояния с медиками. Таким образом, врачи и пациенты встали по разные стороны баррикад. Что само по себе выглядит дикостью, ведь веками лекарь и недужный вместе сражались против общего врага - болезни.

Сторону обвинения вопрос сроков вынесения приговора волнует вовсе не от жажды скорой расправы. Сроки давности по таким уголовным делам составляют всего два года и истекут грядущей зимой. Между тем судья назначила новую экспертизу, за пределами Хабаровского края. С целью получить безупречно беспристрастный результат.

Коллеги подсудимого требуют того же – объективного рассмотрения дела. По их мнению, на скамье подсудимых оказался невиновный человек. Ради объективности предлагаем читателю версию вставшего на защиту подчиненного главврача хабаровского КГБУЗ "Родильный дом №2" Дмитрия Ежова. 

- Сторона обвинения утверждает, что в случае с потерпевшей кесарево сечение следовало бы сделать значительно раньше. Что вы об этом думаете?

 - Они так утверждают на основании экспертизы, сделанной по заказу следственного  комитета. Но вы должны понимать, что любые экспертизы делаются ретроспективно, когда экспертам известен исход. Врач же принимает решения в принципиально иной ситуации, оказывая медицинскую помощь в режиме реального времени. И действовует  согласно предусмотренным Минздравом протоколам. Которые в рассматриваемом случае нарушены не были. Кто может знать теперь, что было бы, если бы пациента прооперировали раньше? Был бы исход более благоприятен? Ведь ребенок в реально сложившейся ситуации три дня прожил после родов. Если бы все было связано только с родоразрешением, ребёнок погиб бы сразу. То есть все не так просто и однозначно. Такие ситуации и осложнения возникают нечасто, к счастью. Причина подобных осложнений изучена не полностью. Если бы современная медицина знала ответы на все вопросы, то на эти факторы можно было бы повлиять и явление младенческой смертности вообще ушло в прошлое. Но пока что это не достижимо. В данном случае эксперт сделал вывод, опираясь на данные специальной литературы и собственный опыт, но в это же время мнение эксперта - это мнение конкретного человека. Сложно все же предугадать, чем все закончилось именно для этого новорожденного, если бы врач пошел теми или иными возможными путями. Ведь роды здоровому новорожденному с хорошей закладкой не могут навредить. Родовой стресс просто необходим, чтобы правильно и хорошо адаптироваться младенцу к новым условиям существования. В случае, разбираемом в суде, наблюдалась совершенно иная картина.

Существует ли среди медиков соображение престижа такого плана, что чем больше родов конкретный врач провел естественным путем, тем выше его статус среди коллег?

- Мы, акушеры-генекологи отвечаем в первую очередь – за качество медицинской помощи. Поэтому лихости, девиза: всех провести естественным путем или наоборот, всех подряд оперировать – такого не бывает. В первую очередь мы отвечаем за жизнь, здоровье матери и новорожденного. Тут важно понимать, что кесарево сечение тоже не панацея. Многие западные страны, которые в свое время последовательно расширяли круг показаний для оперативного родоразрешения, столкнулись с
  проблемами по вынашиванию последующих беременностей. Это большая проблема. Проведение операции кесарева сечения сопровождается риском множества осложнений, поэтому выполняется только по строгим показаниям. Так что соображения престижа в таких случаях никто не станет принимать в расчет. И я ни одного врача еще не встретил за свою жизнь, который при лечении думал о чем то еще, кроме здоровья пациента.

- На суде ваш подчиненный ни разу не посмотрел в сторону своей бывшей пациентки, все время смотрел в пол или на судью. Чем это вызвано по-вашему?

- Любой врач, оказавшись на его месте, очень тяжело переживал бы сложившуюся ситуацию. Независимо от опыта. Алексей - человек, который всю жизнь хотел быть врачом, он действительно долгое время к этому шел, закончил мединститут, клиническую ординатуру, и на заре своей трудовой деятельности получить  такое осложнение, это очень сильный удар. У любого врача случаются трудные моменты в его практике. Мы не волшебники и не способны всегда побеждать смерть.

События, которые сейчас активно обсуждаются в прессе, их даже можно назвать прессингом, инициированным второй выступающей в судебном процессе стороной. На Алексея выливается много грязи, используется недостоверная информация, чтобы очернить этого врача.  Могу сказать, что это заметно сказывается даже на состоянии его здоровья. Дело дошло до того, что он некоторое время пролежал в стационаре. А я готов официально заявить, что за время его работы в нашем учреждении никаких других подобных осложнений у него не было.

При этом важно понимать, что в принципе всего на 12 процентов исход зависит от качества оказания медицинской помощи, действий медицинского персонала. Остальное складывается из разнообразных факторов, которые связаны с образом жизни пациента, его питанием, имеющимися заболеваниями органов и систем, психоэмоциональным состоянием пациента и многими другими особенностями. Множество индивидуальных и внешних факторов, создающих общий фон, ведущий к порой непредсказуемым осложнениям. 

Врач, на которого подали в суд, работает  у нас с 28 августа 2014 года. Он очень ответственный человек, знающий, грамотный. Постоянно повышает свой профессиональный уровень.  Для этого посещает разнообразные конференции, изучает статьи, информацию из которых использует в своей практике. Перед судом мы подсчитали, Алексей принял 1086 родов, из них более 350 завершились путем операции кесарева сечения. То есть он достаточно опытный специалист, несмотря на возраст.

В среднем в нашем родильном доме за год проводится 1500 - 1700 родов и показатели смертности при этом стабильно оставались значительно ниже общероссийских.

 Для любой матери потеря ребенка это невыносимо тяжело, для оказания психологической помощи в родовспомогательныхоб учреждениях работают специалисты-психологи. Основная задача родильного дома это счастливое материнство и детство и мы стараемся все делать для этого –отметил Дмитрий Ежов.

Родители погибшей девочки с доводами врачей не согласны. Для них остается неясным, почему роды длились так долго. Весь этот период ребёнок был обезвожен. Ведь это были программированные роды, которые должны проводиться под неусыпным контролем врачей и непрерывным наблюдением за состоянием матери и ребенка. Но если посмотреть историю родов, то в ней явно недостаточно записей о надлежащем контроле. Вопрос, который не дает покоя Асютиным: чего ждали врачи, если первые 7,5 часа родового процесса (включая 4,5 часа искусственной стимуляции) не привели к родоразрешению?

Михаил Сергеев

Фото автора


Вернуться назад