Еженедельник "Молодой Дальневосточник" > Собеседник > Хабаровский край: Русские на Амуре

Хабаровский край: Русские на Амуре


8-05-2018, 08:46. Разместил: Юрий Вязанкин

 

Недавно обнаруженные в Российском государственном архиве ВМФ новые документы позволяют подтвердить целенаправленную деятельность администрации Восточной Сибири по укреплению суверенитета России в Приамурье и Приморье после подписания Айгунского договора в мае 1858 года.

Среди них есть копии Инструкций генерал-губернатора Восточной Сибири Н.Н. Муравьева и председателя Управления Восточной Сибири Корсакова М.С. командирам 3-го Восточносибирского линейного батальона майору Я.В. Дьяченко (Хабаровка) и Уссурийского пешего казачьего батальона войсковому старшине князю А.М. Дадешкелиани (станица Казакевича).

«Завоевание устьев Амура является одним из са­мых крупных шагов цивилизации»

В освоении Приамурья и Приморья большое значение принадлежит Айгунскому договору. В 1850-е годы тема исследования реки Амур, Приамурского края и острова Сахалин интересовала многих общественных и государ­ственных деятелей, которые оценивали работу участников экспедиций в Приамурье очень высоко. Так, например, в 1857 году в письме итальянскому революционеру Дж. Маццини находившийся в эмиграции А.И. Герцен писал: «Завоевание устьев Амура является одним из са­мых крупных шагов цивилизации».

В следующем году Н.А. Добролюбов в X книжке журнала «Современник» опубликовал большую статью «Русские на Амуре». «Общественное внимание не только в России, но и в целой Европе обращено теперь на Приамурский край, - писал Добролюбов. — Важность этого за­воевания, совершенного без кровопролития и без всякого участия военной силы... оценена всей Европой».

Айгунский договор о русско-ки­тайской границе подписан 28 мая 1858 года со стороны России генерал-губернатором Восточной Сибири Н.Н. Муравьевым-Амурским, со стороны цинского Китая - Амурским главнокомандующим И Шанем. Договор был подготовлен длительным про­цессом освоения Приамурья  и Приморья и служил делу закрепления России на тихоокеанском побережье.

Присоединение Амура связано с деятельностью Н.Н. Муравьёва-Амурского, с 1847 года генерал-губернатора Восточной Си­бири. В 1851 году русское правительство известило цинский Китай, что, охраняя устье Амура и остров Сахалин от занятия другими державами и имея в виду, что в этом районе еще не установ­лена граница, оно приняло меры к укреплению реки. Китайское правительство не ответило на это сообщение.

Во время Крымской (Восточной) войны стремление России укрепить свои позиции на тихоокеанском побережье и на подступах к северным провинциям цинского Китая возросло. В мае 1854 года Н.Н. Муравьев провел первый сплав  войск по Амуру для защиты Камчатки и устья Амура. Последующие ежегодные сплавы были полностью обеспечены и позволили генерал-губернатору сконцентрировать войска и флот в устье р. Амура, а на его левом берегу  построить новые казачьи воен­ные поселения.   

Деятельность России по укреплению восточных портов и перевозке войск по Амуру особенно воз­росла после того, как в августе 1854 года  англо-французская эскадра подошла к камчатскому побережью и даже  попыталась захватить нашу военно-морскую базу в Авачинской бухте. Летом 1855 года противник предпринял попытку нападения на наш гарнизон в бухте Де-Кастри, но высадка вражеского десанта была успешно отражена.

Таким образом, Россия вплотную подошла к границам цинского Китая и установила военные посты вдоль маньчжурской границы. В 1854 – 1855 гг. войска и флот России успешно отразили попытки Англии и Франции захватить наши опорные пункты на тихоокеанском побережье, которые могли стать трамплином для проникновения во внутренние районы России и цинского Китая.

Англия, обес­покоенная успехами России, отказалась от своего курса на раскол Китая и создание с помощью тайпинов нового самостоятельного государства в южной и центральной части страны, опасаясь, что подобная политика толкнет китайское правительство к сближе­нию с Россией.

Понимая всю сложность сложившейся внешнеполитической обстановки, цинское правительство пошло на сближение с Рос­сией.

 9-11 сентября 1855 года в Мариинске на Нижнем Амуре состоялась первая встреча уполномоченных - русских и цинского Китая. Н.Н. Муравьев огласил подготовленную им ноту под названием «Мысль уполномоченного от Русского прави­тельства...». В ноте напоминалось о письме Сената от 5 (17) февраля 1851 года маньчжурскому трибуналу о том, что российское правительство не может допустить занятия устья Амура какой-либо иностранной державой. В этой связи генерал-губернатор предложил подготовить и заключить договор о государственной границе по пограничным рекам Амур и Уссури.  Цинские дипломаты, сославшись на отсутствие у них полномочий на переговоры по такому вопросу, предложили решать этот вопрос в Пекине.

  Только 16/28 мая 1858 года после шестидневных переговоров в г. Айгун (на пра­вом берегу Амура ниже Благовещенска) был подписан договор, состоя­щий из трех статей. Айгунский договор следующим образом опреде­лил русско-китайскую границу: левый берег Амура от реки Аргуни до устья Амура признавался собственностью России, а Уссурийский край от впадения Уссури в Амур до моря оставался в общем владении «впредь до определения границ между двумя го­сударствами». Плавание по рекам Амуру, Сунгари и Уссури было запрещено для судов всех государств, кроме России и цинского Китая. Таким образом, Айгунский договор  возвра­щал России территорию, отданную Китаю по Нерчинскому договору.

 Сближение сторон продолжилось после под­писания адмиралом Е.В. Путятиным русско-китайского Тяньцзиньского договора 13 июня 1858 года. Он значительно расширял политиче­ские и торговые права России в Китае, уравнивая ее в этом отношении с другими державами. До подписа­ния этого  договора Россия не имела тех привилегий, которыми пользовались англичане, французы и американцы в Южном Китае, ибо согласно Нанкинскому договору 1842 года все эти привилегии распространялись лишь на державы, ранее торговавшие с Кантоном.

Важное значение имела ст. 9, устанавлива­ющая, что «не определённые ещё части границ между Россией и Китаем должны быть без отлагательства исследованы» и определены на месте соответствую­щими представителями сторон. Россия и цинский Китай долж­ны были подписать по этому вопросу специальное соглашение в дополнение к Тяньцзиньскому договору.

При заключении графом Е.В. Путятиным русско-китайского Тяньцзинского договора Богды­хан признал Айгунский договор, причём объявил о проведении границы от реки Уссури до морских портов и о разре­шении торговли по Амуру. Несмотря на то, что в дальнейшем споры с маньчжурами о границе еще продолжались, Муравьев-Амурский проложил но­вую пограничную черту по Уссури, закончив ее занятием гаваней в заливе Петра Великого - Вла­дивостока и Новгородской. Составленная карта разграничения в подтверждение Айгунского договора  была утвер­ждена Пекинским договором 1860 года.

Забайкальская экспедиция

Широко известно, что в историю пионерного освоения  Приамурского края определенный вклад внесли участники экспедиции во главе с контр-адмиралом Г.И. Невельским (с 1853 г. – Амурская. – А.Ф.).  Экспедиция доказала судоходность Амура, а также исследо­вала Сахалин, Охотское море и Татарский пролив. По заданию генерал-губернатора Невельской основал первые русские поселения и военные посты в устье Амура, а местных жителей (гиляков) объявил состоящими под защитой и покровительством России.

Справедливости ради, особо подчеркнем, что многие исследователи незаслуженно забывают о большом вкладе в возвращение России в Приамурье и Приморье  еще двух правительственных экспедиций: дипломатической экспедиции вице-адмирала Е.В. Путятина и Забайкальской  секретной  экспедиции подполковника Н.Х. Агте.  Если  о  Е.В. Путятине кратко упомянуто выше в связи с заключением Тяньцзиньского договора, то сведения о беспримерном вкладе экспедиции Н.Х. Агте стали доступными лишь недавно.

Кратко итоги Забайкальской экспедиции таковы: она продолжалась три года - с 1849 по 1852 г. Было обследовано около 3 млн кв. км, и большая часть этой территории фактически открыта заново; протяженность маршрутов участников экспедиции превышает 20 тыс. км;  определены координаты 75 пунктов и составлены наиболее точные для того времени карты обследованной территории: Байкала, Даурии, Станового хребта и Буреинских гор; собраны обширные сведения о растительности, животном мире, климате, полезных ископаемых Восточной Сибири и Дальнего Востока.

Главным же итогом экспедиции были сведения, позволившие включить в состав России Восточное Приамурье и давшие возможность Н.Н. Муравьеву провести переброску войск по Амуру во время Крымской (Восточной) войны в 1854 году, что способствовало успешной обороне устья Амура, Приморья, Петропавловска-Камчатского.

Оценивая в целом Забайкальскую экспедицию Н.Х. Агте, подчеркнем главное.

Первое, это убедительный пример верной оценки императором России Николаем I геополитической обстановки и принятия упреждающего решения по парированию возникшей угрозы российским владениям на тихоокеанском побережье Азии и Америки.

Второе: Забайкальская экспедиция сыграла важную роль в процессе становления современной российско-китайской границы. Масштаб ее деятельности и полученные результаты по ряду параметров превышают значение полученных экспедицией Г.И. Невельского. Она фактически разрешила пограничный вопрос, который встал перед Петербургом в конце 40-х годов XIX века. Члены экспедиции доказали, что груды камней, найденные А.Ф. Миддендорфом на Становом хребте и принятые им за цинские пограничные знаки, таковыми не являлись, что Становой хребет не упирается в Охотское море и не может служить в качестве пограничного. Это привело к тому, что Петербург отказался от идеи проведения границы с Цинской империей по Становому хребту, к чему он склонялся в конце 40-х гг. XIX века. Это положение довольно сложно соотнести с положением Нерчинского договора и с географией Приамурья, поэтому лучше заменить этот договор новым, так как  на Нижнем Амуре проживали независимые от Цинов племена.

Забайкальская экспедиция обнаружила ряд нарушений Нерчинского и Кяхтинского договоров цинской стороной, что давало России повод к односторонним действиям и к пересмотру прежних договоров. Результаты экспедиции побудили руководство Российской империи пойти на ревизию русско-цинской границы на Дальнем Востоке и установление в 1853 году новой границы в Приамурье и присоединение Нижнего Амура.

Эти итоги вместе с другими факторами позволили Петербургу инициировать переговорный процесс с Пекином с использованием новейших научных сведений о регионе. Это привело в конечном итоге к заключению Айгунского (1858), Тяньцзиньского (1858) и Пекинского (1860) договоров, оформивших современную границу между Россией и Китаем на основе широко распространенной тогда теории "естественной границы" (по пограничным рекам), предложенной Н.Х. Агте и другими участниками Забайкальской экспедиции.

Третье. Н.Н. Муравьев, став координатором работы двух экспедиций в Приамурье,  синхронизировал  комплексное исследование обширного района от побережья Тихого океана до реки Шилки. Этим шагом он невольно отстранил чиновников из Петербурга от излишнего контроля за работой Н.Х. Агте и Г.И. Невельского, ведущего к замедлению темпов их работы. В итоге исследовательские работы экспедиций были завершены до начала Восточной (Крымской) войны.

Так началось окончательное утверждение России в Приамурье и Приморье. Экспедиции под руководством  Н.Х. Агте, Г.И. Невельского и Е.В. Путятина  стали крупным шагом в восстановлении суверенных прав России на Дальнем Востоке.

«Есть граница – есть государство» 

При изучении упомянутых во введении  трех Инструкций командирам пограничных частей невольно вспоминается крылатая фраза: «Есть граница – есть государство».

 Успешное начало переговоров по Айгунскому договору дало основание Н. Муравьеву ускорить основание военного поста Хабаровка. Не дожидаясь официального окончания переговоров, Н.Н. Муравьев отправил отряд солдат 13-го Сибирского линейного батальона (с осени 1858 г. – 3-й Восточносибирский) для закладки военного поста в заранее выбранном месте. Капитан Я. Дьяченко с этой задачей справился успешно.  Поэтому всего лишь три дня разделяют даты подписания Айгунского договора и официальной закладки Хабаровки.    Это можно считать и первым вкладом капитана Дьяченко в практическую реализацию пограничного договора. А далее в рамках практической реализации положений договора о границе первостроитель Хабаровки проявил и другие высокие качества русского офицера.    

Около шести лет Я.В. Дьяченко проходил службу на Хабаровском направлении, где складывающаяся обстановка потребовала от него проявления разносторонних качеств. Успешная деятельность командира батальона на Амуре была замечена генерал-губернатором Восточной Сибири, после чего последовали новые обязанности. После установления госграницы и с учетом особенностей обстановки в районе Хабаровки возникла настоятельная необходимость в организации управления процессом заселения нашей территории. 6 октября 1858 года Муравьев поручил  Дьяченко  «главное заведование вновь поселившимися Уссурийского батальона Амурского Казачьего войска и заведование туземцами, живущими до Горина вниз по р. Амуру». Все поселенцы по левому берегу Амура и проживающие в этих местах местные жители были в его ведении. Дело в том, что численность туземцев возросла: на русскую сторону Амура потянулись гольды (ныне – нанайцы), проживавшие ранее по р. Сунгари и настрадавшиеся от притеснения маньчжур. Поскольку переселение стало массовым, то маньчжурские власти установили военные посты по р. Сунгари для задержания гольдов, но некоторая часть из них все же прорвалась в русские пределы.

Известно также, что на следующий год сфера деятельности Я. Дьяченко опять расширилась. 18 сентября 1859 года он получил от генерал-губернатора новое поручение «заведовать устройством вновь вольно переселившихся из внутренних губерний России казенных крестьян…», что и исполнял до прибытия назначенного исправника, то есть до 18 сентября 1860 года. Перед этим за отличия по службе Я.В. Дьяченко был произведен в майоры. Очевидно, в этой связи в октябре 1859 года Дьяченко передал свои полномочия по управлению Хабаровкой полицейскому исправнику, а дела военные – начальнику постовой команды.

В целом майор Дьяченко внес весомый вклад в организацию охраны и защиты госграницы не только на Хабаровском направлении, но и на участке границы от станицы Казакевичевой до реки Тумень-ула на стыке границ России, Кореи и цинского Китая. Я.В. Дьяченко командовал своим линейным батальоном до 1862 года. За пять лет батальон, построив Хабаровку и несколько десятков селений, был переведен в пост Камень-Рыболов на озере Ханка.

А командир батальона подполковник  Дьяченко в июле 1862 года получил новое назначение -  возглавить Уссурийский пеший казачий батальон со  штабом  в станице Казакевичева.

Около двух лет Я.В. Дьяченко непосредственно отвечал не только за охрану границы по реке Уссури, но и продолжал её обустройство. Для несения пограничной службы и поддержания сухопутной связи с южными районами Приморья в середине 1863 года он получает 100 лошадей.

Позже он был назначен начальником Новгородского военного поста в Посьете, но это уже другая страница истории.

Четыре принципа

Внимательно изучив содержание инструкций, полученных майором Дьяченко, мы пришли к выводу, что они содержат основные принципы деятельности создаваемой Пограничной охраны России на дальневосточной границе.

Принцип уважения суверенитета является основным принципом современного международного права и международных отношений. Суверенитет государства - это независимость государства во внешних и верховенство во внутренних делах.

Принцип территориальной целостности государства, защищающий право государства на целостность и неприкосновенность его территорий, является важнейшим средством обеспечения суверенитета государства. Территория есть основное условие существования государства, сфера действия его суверенитета. Государственная территория защищается национальными и международными средствами.

Принцип нерушимости государственных границ определяет сотрудничество государств по установлению границ, их защите и охране, решению спорных пограничных вопросов. Значение отношений, связанных с границами, опреде­ляется тем, что они являются границами распространения государственного суверенитета, границами действия государственного правопорядка. Воздушные, морские, сухопутные границы защищаются всей мощью государства, его дипломатическим аппаратом, а также его политическими союзническими договорами.

Принцип мирного разрешения пограничных споров ныне является функциональным принципом деятельности Пограничной службы Российской Федерации. Он представляет собой совокупность совершенных методов, систему способов и механизмов, позволяющих мирным путем урегулировать спорные вопросы, возникающие в сфере защиты и охраны Государственной границы Российской Федерации.

 В первой Инструкции председательствующего на Собрании Главного Управления Восточной Сибири и временно командующего войсками генерал-майора Корсакова М.С. командиру 3-го Восточносибирского линейного батальона  подполковнику Дьяченко Я.В. отчетливо сформулированы два принципа - уважения суверенитета и территориальной целостности государства.

 «Я уверен, милостивый Государь, что, понимая всю важность лежащей на Вас ответственности по местному положению вверенного Вам батальона и возложенной на него в случае надобности обороны Уссури, Вы войдете в обоюдное соглашение с князем Дадешкалиани с тем, чтобы быть готовыми с вверенным Вам батальоном на всякую случайность.

Я убежден, что Вы, строго соблюдая Высочайшую волю нигде не предпринимать  никаких наступательных действий и демонстраций и исполняя в точности изложенных в бумаге на имя князя Дадешкалиани инструкции, будете участвовать благоразумно и осторожно, а если надобность потребует, то твердо и энергично».

 Во второй  Инструкции  командующему Уссурийским казачьим батальоном адъютанту генерал-губернатора Восточной Сибири, войсковому старшине князю Дадешкалиани А.М. генерал-майор Корсаков М.С.  подчеркивает: 

«Еще в январе месяце 1860 года Его Сиятельство Граф Николай Николаевич уведомил господ Военных Губернаторов пограничных областей Восточной Сибири,  что Государь Император, особою инструкцию данною ему по министерству иностранных дел Высочайше повелеть соизволил строго исполнять Айгунский договор как относительно постановления Государственной Границы на Усури и далее до морского берега согласно указаний, сделанных в объявлении нам повелений Богдахана, так ровно и по всем другим статьям означенного  договора. Сущность Высочайшего повеления сего заключается: во-первых, в том, чтобы даже в случаях  если бы переговоры нашего полномочного в Пекине касательно разграничения обоих Государств на Уссури не привели вопроса этого к благоприятнейшим результатам, все таки приступить к фактическому занятию границы нашими войсками правого берега Уссури и судами и портов Маньчжурии, о чем тоже сделаны надлежащие распоряжения, и во-вторых, чтобы держаться по прежнему твердо нейтралитета во время неприязненных действий англичан и французов с китайцами, и потому не предпринимать никаких наступательных действий, ограждать только собственные свои интересы.

…Сообщая об этом пограничным Военным Губернаторам, Его Сиятельство просил строго руководствоваться таковою Высочайшего волею и объявлять при случаях Китайским пограничным Начальствам, что Государь Император Наш высочайше повелеть соизволил 1-е, Айгунский трактат во всех статьях его строго и свято исполнять, 2-е, границу нашу по Уссури и до моря, равно как и морское прибрежье  занимать, и 3-е, и во всех случаях интересы России ограждать.

 В настоящее время, в виду полученных от Генерал-Губернатора Восточной Сибири из С.-Петербурга приказаний, относительно пограничных действий наших, я счел нужным подтвердить выше изложенную инструкцию Его Сиятельства, которая должна остаться в полной своей силе. Таким образом, Главною основою наших действий должно быть точное исполнение Айгунского трактата: не допуская отнюдь  со стороны Нашей никаких наступательных действий, не прибегая даже без особенной надобности к демонстрациям с исключительною целью угрозы, но так до исполнения на деле виды и предначертания Правительства и находясь в постоянной готовности к ограждению интересов России и отражения всякого посягательства на оные.

Сообщая все выше изложенное Вашему Сиятельству для надлежащего руководства,  считаю присовокупить, что в случае, если бы паче чаяния, потребовалась Вам на Уссури вооруженная сила для отражения какого-либо насильственного действия, или нападения со стороны маньчжуров, то на всякий случай Вы должны предварительно уже согласиться с майором Дьяченкою, чтобы необходимый отряд от № 3 Линейного батальона, независимо от казаков вверенного Вам батальона, был в готовности подняться  вместе со строющимися на устьях Уссури двумя канонерскими лодками.

Вообще о распоряжениях, сделанных по этому предмету, Ваше Сиятельство усмотрите из предписания Господина Генерал–Губернатора Восточной Сибири майору Дьяченко от 15-го ноября минувшего года за № 300, которое при сем в копии препровождается.

 В заключение долгом считаю выразить здесь полную мою удовлетворенность, что во всяких случайностях, какие бы они ни были, Ваше Сиятельство окажете надлежащее благоразумие и осторожность, а где надобность потребуется, то твердость и энергию действий».

Необходимо подчеркнуть, что Айгунский договор – явно выраженное соглашение между Российской и Дацинской империями, регулирующее их договорно-правовые отношения на государственной границе по пограничным рекам Амур и Уссури. В этом договоре оговорены права и обязанности сторон по поддержанию режима границы и судоходству.

Основным содержанием вышеназванных архивных документов является укрепление государственного суверенитета - верховенства государственной власти России как внутри возвращенных Приамурья и Приморья, так и её независимость в международных отношениях с цинским Китаем. Суверенитет является необходимым политическим и юридическим признаком государства.

 Уважение государственного суверенитета - один из основных принципов современного международного права.  В охране суверенитета  России важная роль принадлежит Вооруженным силам, создан­ным для защиты завоеваний наших предков, мирного труда российского народа и территориальной целостности государства.

 Во второй половине XIX века согласно ст. 1 Айгунского договора был определен участок границы России с Цинской империей по Амуру – от слияния Аргуни и Шилки до устья реки Уссури. После заключения этого договора освоение русскими людьми Приамурья продолжалось в неослабевающем темпе. После подписания осенью 1860 года Пекинского договора государственная граница в Приамурье и Приморье получила окончательное юридическое утверждение.

Для Приамурья последняя неделя мая богата событиями пограничной тематики. Истории так угодно было распорядиться, что ежегодно в конце мая отмечаются две символические даты. В этом году  хабаровчане будут праздновать 160-летие основания Хабаровска и подписания Айгунского договора, а также 100-летие образования Пограничной охраны России.

 Вот такая прямая и непосредственная цепочка причинных связей выстраивается при упоминании Айгунского договора, многие другие положения которого и сегодня актуальны.     

Анатолий Филонов, военный историк, почетный гражданин  Хабаровска.

 


Вернуться назад