Еженедельник "Молодой Дальневосточник" > Опрос с пристрастием > Виктор Марценко: А на портрете - за все в ответе

Виктор Марценко: А на портрете - за все в ответе


1-06-2018, 09:25. Разместил: Юрий Вязанкин

  

Гость редакции газеты «Молодой дальневосточник XXI век» – Виктор Васильевич Марценко, первый заместитель председателя правительства Хабаровского края по внутренней политике.

- Виктор Васильевич, недавно губернатор повысил вас в должности. Как она правильно называется?

- Ответственный за все, происходящее в Хабаровском крае. Вячеслав Иванович Шпорт так и говорит: внутренняя политика – это все. А если серьезно, первый заместитель председателя правительства по внутренней политике.

- У вас новый круг полномочий?

- Полномочия прежние. Я курирую местное самоуправление, некоммерческий сектор, политические партии, общественные проекты, народные программы, религиозные организации, работу с депутатским корпусом всех уровней, организацию и проведение избирательных кампаний, СМИ и т.д. Расширился только административный ресурс.

- Это что - больше прав, больше денег? В чем смысл?

- Больше головной боли! Ресурс – это так: сейчас могу давать поручения заместителям председателя правительства, а раньше я с ними договаривался. Это ускоряет работу. И второе: наличие первого заместителя  говорит о важности такой сферы, как внутренняя политика. Все решения, которые сегодня принимаются правительством, проходят (в том числе) экспертное заключение подразделений внутренней политики.

Смысл в том, чтобы усилить влияние внутренней политики на процессы, которые вызывают недовольство граждан. Чтобы своевременно вносились предложения по корректировке нормативных актов либо их вообще не рассматривали, если они могут вызвать негативный общественный резонанс.

Мы ведем социологию и понимаем уровень доверия населения к нашей власти, к правительству страны.

- Вообще-то думается, что жизнь в нашем крае спокойная. Или народ недоволен, протестует?

-  Смотря как рассматривать протесты. Если народ вышел на улицу, то это уже форс-мажор. Мы считаем протестом ситуацию, когда какое-либо постановление власти влечет увеличение жалоб.

- Например.

- Увеличение стоимости проезда на муниципальном транспорте в Хабаровске и Амурске. Мы должны посмотреть, насколько верны экономические расчеты, насколько они покрывают затраты. И предлагаем муниципалитету покрывать часть затрат не за счет цен на билеты, а за счет городского бюджета.

Или возьмем расчет прожиточного минимума. Мы его тоже смотрим, в частности, какими ценами пользуется статистика при его обосновании. Ведь его величина влияет на всевозможные выплаты по линии соцзащиты.

Если неквалифицированные действия какого-либо специалиста приведут к принятию конфликтных решений, то его судьба предрешена.

- Муниципальная власть у нас слишком самостоятельная. Какой мэр возьмет под козырек, если нет рычагов влияния на него?..

- Чтобы рычаги были крепче, для этого и появилась должность первого зама. Во-вторых, не всегда нужен приказной тон. Решения муниципалов ложатся в некую папку, при наполнении которой может последовать отстранение от должности.

- То есть вы собираете компромат?

- Это не компромат. Мы ведем учет неправомерных действий должностных лиц и действий, которые приводят или могут привести к социальной напряженности.

Если помните, губернатор лично разбирался в конфликтной ситуации с субсидиями для многодетных семей, когда выплачивали компенсацию на улучшение жилищных условий за третьего и последующего ребенка. Некорректная консультация специалиста краевого министерства строительства вызвала волну недовольства и появление сайта, где осуждали власть. Когда мы разобрались, кто создал ситуацию, губернатор принял мгновенное решение – уволить.

- Такое часто бывает?

- Не часто. У нас достаточно сильная юридическая служба. Но понимаете: юристы смотрят правовую основу, а мы – общественно-политическую.

Вы же помните, когда шла приватизация жилья, то было незамысловатое пожелание: если трудно платить налоги за большую квартиру, меняйте ее на меньшую. Это было неправильно. Это вызывало недовольство. Любое решение помимо рациональности должно иметь еще и разумность.

А вообще, мы даем рекомендации и главам, и министрам, как поступать в ситуациях, которые вызывают общественный резонанс.

- Впереди большие и, возможно, непростые избирательные кампании – губернатора, мэра краевого центра. Мы можем сказать, что ситуация в крае политически стабильная?

- Можем.

- У нас есть нестабильные районы?

 - Таких районов нет. Есть предприятия, нарушающие, скажем, экологические нормы, что вызывает (подчеркиваю) законные претензии населения на безопасное проживание. Поэтому, где появляются новые предприятия, там задача №1, чтобы они при развитии своего промышленного потенциала соблюдали экологические нормы.

У нас возникали такие объекты в Совгавани, в Ванино, но сейчас они под контролем. Лаборатория проводит ежедневные замеры, и при появлении подобных новых очагов там оперативно работает министерство природных ресурсов.

Время от времени в Хабаровске появляется неприятный запах. Одни говорят, что это связано с нефтеперерабатывающим заводом, другие – с газовиками. Непростая ситуация. Когда приезжает контроль, запаха уже нет. И каждое предприятие утверждает, что не оно портит воздух. Но в любом случае будет найден оптимальный способ контроля.

- Как вы считаете, в Комсомольске настроение жителей меняется в лучшую сторону?

- Конечно! На выборах президента комсомольчане проголосовали значительно лучше, чем на всех предыдущих. Комсомольск – город с особым характером. Жители видят, как реализуется президентская программа, какой контроль установил губернатор. Он часто бывает там на объектах, чтобы не срывался график их ввода. Там на глазах меняется качество жизни. И в прилегающих районах население тоже получает дополнительные блага. Это и Солнечный, и Амурск, и Комсомольский район.

Однако есть вопрос по улучшению транспортной доступности. Дороги – слабое место. Хотя в последние годы у нас появились качественные дороги, работы еще не на один год. На этом участке нужны и вагоны в поездах другого качества. И авиасообщение очень важно. Есть проект по скоростному поезду Хабаровск - Комсомольск.

- Но это ведь очень дорого!

- Мы же говорим о проектах. Когда приходит большой бизнес, когда появляются крупные предприятия, для них самое дорогое – это время. Сейчас возникла острая потребность введения авиамаршрута до Чегдомына. Но, к сожалению, взлетно-посадочная полоса там не выдерживает никакой критики. Дорога до Чегдомына понемногу строится, но все упирается в деньги. Да, там «Ургалуголь» хорошо помогает муниципалитету. Однако строительство взлетной полосы – это совсем другие деньги, и вряд ли ему по силам.

- Вернемся к выборам. Есть мнение политологов, что наш бизнес не голосует. Голосует интеллигенция, чиновники, пенсионеры, а бизнесмены  не любят выборы…

- У меня другая оценка: бизнес голосует. Но в зависимости от того, насколько кандидат интересен. Если в его программе видят толику полезного, они на выборы идут.

- Интересно, на выборы мэра Хабаровска бизнесмены пойдут?

- Думаю, пойдут. Исходя из того, что на президентских выборах прирост был на девять пунктов. При этом мы реально понимаем, что на федеральных выборах совершенно другая «температура». А выборы в Хабаровске… Вы же помните, когда вводился институт сити-менеджеров, мы проводили интернет-опрос, и 84 процента его участников предпочли выборы мэра в Хабаровске и Комсомольске.

А теперь давайте подумаем. Пойдут ли на выборы чиновники? Пойдут. Они реально понимают, для чего выборы. Пойдут ли предприниматели? И они пойдут. Будут ли голосовать пенсионеры? Будут. Потому что в выборах помимо политических партий участвуют и самовыдвиженцы, у которых свои программы. И каждый заинтересован привести на выборы своих сторонников. В итоге из электората каждого кандидата получим пул избирателей.

- Есть мнение: если на выборы в Хабаровске придет только мэрия в полном составе с членами семей, то этого будет достаточно для победы мэра.

- Ну это из сферы анекдотов! В чем проблема любой действующей власти? У нее всегда есть изъяны в работе. Работать на любом ее уровне сейчас очень непросто.  В Хабаровске - тем более. Огромное городское хозяйство требует профессиональных знаний руководителя. Команда мэра формируется годами. Победить на выборах – это цветочки, ягодки впереди…

- Как в таких случаях «пощупать» внутреннюю политику правительства края?

- В действиях любой власти все начинается с экономики, а перерастает в политику. Здесь возможна помощь муниципалитету. Внутренняя политика должна просчитывать риски, прогнозировать общественно-политические процессы. К примеру, заводим проект по развитию ТОСов (территорий общественного самоуправления). А зачем? Что хотим получить? Задача – вовлечь население в решение проблем своего двора, своего дома. Чтобы таким образом помочь муниципалитету.

- Опять же: хабаровские политологи приводили цифру, что уровень доверия населения муниципальной власти составляет всего 30 процентов.

- Нет такого жесткого процента. Правильнее сказать: от 30 процентов до 60.

- Такие цифры не приводили.

- Они не приводили – это я вам привожу. Возьмем Тугуро-Чумиканский или Комсомольский районы – там уровень доверия главам под 60 процентов. В Комсомольске под 30, согласен. Мэр молодой, недавно работает, команду до конца не сформировал. Но там программа развития города президентская, деньги федеральные, а исполнение - местное. Доверие вырастет, если муниципалитет обеспечит выполнение президентской программы в сроки и качественно.

- В чем слабое звено муниципальной власти?

 - Слабое звено в местном самоуправлении – это финансы. Они не покрывают стопроцентно потребности муниципалитетов. И низкая доходная база. У нас некоторые муниципалитеты зарабатывают всего 16-18 процентов от расходов, остальной объем закрывают краевые субсидии. Задача главы – найти способ увеличения доходной части своего бюджета. Когда нет финансов, глава работает только декларативно. А когда есть деньги, он может в муниципалитет завести краевой бюджет на условиях софинансирования для реализации самых разных программ. Все это ложится в уровень доверия населения к главе.

Второй момент – это работа главы с депутатами, которые должны быть для него партнерами. Зачастую у нас после выборов глава муниципалитета не выстраивает отношения с депутатами - лидерами других партий. Они его критикуют, но критика не может быть бесконечной. Он должен на нее реагировать. А если этого нет, ее бесконечность грозит провалом.

Третий момент. Во время выборов кандидаты в мэры любят встречаться со своими сторонниками, которые ему аплодируют и которые за него и без того проголосуют. А я считаю, что нужно идти на встречи с оппозицией, которая недовольна твоей работой, и рассказывать о своих действиях, чтобы тебя поняли, почему ты так делаешь, а не иначе.

- Виктор Васильевич, понятно, что вы работаете с властью городов и районов, а до сельской власти руки доходят?

- Мне больше интересна власть в сельских поселениях. Там корни. Я сам из деревни, и мне их жизнь понятна. В городе другие отношения в жизни. В городе есть ТСЖ, в городе к тебе придет сантехник, электрик… А в деревне ты все делаешь сам. Поэтому в деревне мужики рукастые. Они умеют все делать.

Но есть семьи, которые перебиваются только на пособие. Живут впроголодь, но не работают, даже картошку для себя не садят. И не заставишь. Когда в советское время за тунеядство наказывали, была другая психология. Тогда заставляли работать. Было много общественных институтов – женсоветы, товарищеские суды и т.д. Они влияли на людей. Сейчас такого нет.

- Кто мешает создать? Эти институты может инициировать и глава поселения, и депутат, и отделение любой партии – закон же не запрещает…

- Понимаете, раньше мнение товарищеского суда учитывалось при получении квартиры или каких-либо преференций, при повышении в должности. Сегодня это не предусмотрено.

- Не соглашусь! Вот уже три десятилетия как местная власть с радостью привязала себя к законам. И ни шагу в сторону! Работа с теми же сельскими тунеядцами (по закону!) не входит в ее полномочия. И замечательно!  Зачем  любые лишние заботы-хлопоты, если зарплата не прибавится, бюджет не вырастет?! Хорошо ли, плохо ли работает глава – у него весь срок полномочий стабильная высокая зарплата. У нас нет системы поощрения инициативы глав местного самоуправления. Вы согласны?

- Нет! У нас есть программа по развитию местных инициатив с системой поощрения. Но никто не хочет заниматься людьми, чтобы они заводили, к примеру, коров или другой скот. Это же тоже инициатива! Идут по более легкому пути: осветить улицу, отремонтировать клуб, благоустроить сквер… То есть те берутся объекты, где можно что-то сделать, не тратя сил на убеждение, и где не потребуются усилия на последующие заботы. А соблазни селян обзавестись коровами – завтра они придут к тебе с вопросами: где  пасти коров, где взять сено на зиму, куда деть молоко?

Помните, выделяли коров многодетным семьям? Потом поняли, что корову-то надо кормить и доить, ухаживать за ней… По некоторым семьям возник вопрос: а выживут ли коровы? Когда появились телята, появился другой вопрос – чей это теленок? Его надо возвращать государству, которое подарило корову, или оставлять семье?

 Польза от коров была еще и в том, что дети хотя бы видели, откуда берется молоко. Я недавно задал вопрос одному конкурсанту в минсельхоз: с какой стороны подходить к корове, чтобы подоить? Он крепко задумался.

- Действительно, с какой?

- С любой. Но корова привыкает к той, с какой подходит хозяйка. Подойди с другой – молока не даст.

- Вернемся к инициативе. Поскольку у нас в крае нет большой активности глав поселений и даже глав районов, то, выходит, и лидеров нет? Скамейка запасных короткая?

- Я так никогда не скажу. У нас большинство глав очень инициативны. Но если инициативы чужды, непонятны, они не будут приняты. С другой стороны, есть понятие бытового уклада. К примеру, в Краснодарском крае, где сохранился некий уклад казачьего бытия, за прегрешения могут и нагайками отстегать.

- Вот бы у нас хоть одного главу отстегали! Ну не нагайками, а хотя бы словесно.

- Там на сходе казаков принимают решения, существует совет старейшин, которые одобряют или не одобряют какие-то решения, и пр. А власть рядом с ними. То есть сам уклад жизни предопределяет морально-этическое воспитание граждан. Там нет чужих. Если кто приехал жить в станицу, своим он станет нескоро и лишь после того, как чем-то себя зарекомендует.

- Может быть, некоммерческие объединения, растущие сейчас быстрее грибов, могут выполнять какие-то функции единения людей, в том числе и воспитательные? Это ведь тоже активный гражданский слой. Это тоже политика…

 - Так оно и есть. Примерно 70 процентов НКО (некоммерческих объединений) – социально ориентированные. Но у них сейчас пока инициативы другого плана – у кого что болит… Причем сейчас туда пошел  малый бизнес. Какие он занимает ниши? Построить аптечный киоск, создать частный мини-детсад и т.д. То есть часть функционала местной власти постепенно должна быть передана этому бизнесу.

Но я приведу такой пример. НКО сделало проект, подало заявку, получило деньги и построило детскую игровую площадку. Молодцы!  А дальше? Кто и за какие деньги будет ее содержать? Муниципалитет говорит: ваша инициатива – вы и содержите, у меня нет денег. НКО говорит: у нас тоже нет денег, за счет чего ее содержать? Конечно, есть главы, которые берут на  содержание такие объекты, но многие не хотят. Вот вам и коллизия, которая юридически никак не решена.

- И как быть?

- Глава поселения или района должен подсказывать активистам, какую инициативу проявить. В свое время я обнаружил, что по программе поддержки местных инициатив сплошь шли проекты по ремонту домов культуры. Дело нужное – бесспорно. Но почему это делать за счет инициативы граждан, а не за счет госпрограммы по развитию культуры? Значит, граждане не могут дождаться реализации этой программы и выходят с инициативой раньше государства. Кто был инициатором? Главы сельских поселений. Дома культуры – это их зона ответственности.

- Это не хорошо?

- Я бы хотел, чтобы дома культуры, фельдшерские пункты и прочее ремонтировалось бы за счет бюджета, за счет госпрограмм, а инициатива была бы дополнением. Понимаете, когда население решает отремонтировать водонапорную башню, потому что надоела привозная вода, это хорошо или плохо? Вы скажете – хорошо. А я скажу – плохо.  Обеспечение водой – это вопрос к власти, это функция власти. Значит, власть эту функцию исполняла плохо. Не должно быть подмены полномочий власти инициативами населения. Вот Нанайский район – один из тех, где проблема с питьевой водой. Но за все годы я не видел инициативы властей, чтобы решить ее. Проще возить воду бочками. И до каких пор?

- Расскажем вам про село Мариинское Ульчского района. Там возле новых домов подтопленцев установлены колонки. Но нет скважины, к ним даже трубы не проведены. Прежний глава принял в эксплуатацию эти «муляжи», а новый глава теперь все сваливает на него. Значит, там престиж власти на нуле, народ недоволен. Вот вам и оборотная сторона внутренней политики. Мы уже на третьем опросе об этом рассказываем и печатаем в газете. Кто-то возьмется исправить это безобразие?

 - Возьмемся. Поедем и будем устанавливать.

- Мы говорили о пассивности глав, а вы их защищали. Разве с Мариинским селом не красноречивый пример? Во-первых, местная власть приняла брак. Во-вторых, она не хочет брать ответственность на себя. И все  безнаказанно!

- Не надо говорить во множественном числе. Надо говорить конкретно: глава Мариинского - безответственный. На самом деле много замечательных глав. Но есть такие: только избрался – и грудь колесом! А следом жалобы: уберите его! Мы едем туда и говорим людям: вы же сами голосовали за него! А как снять главу с должности, если он и не собирается уходить? Поэтому говорю: на выборы надо ходить; на выборах есть возможность выбрать.

- Скажите, пожалуйста, на грядущих выборах прогнозируются неожиданности или они пройдут гладко?

- Выборы – это борьба за власть. Одни хотят сохранить ее, другие – завоевать. Как без остроты?! Думаю, новые лица, участвующие в выборах  без надежды на победу, могут спровоцировать некие неправомерные действия. С другой стороны: рядом с действующим мэром выглядеть блестяще очень тяжело. Потому что политика выстроена под градоначальника. Это плохо.

- Так это же везде так! Никто и нигде не готовит замену.

- Риски есть. Но, я думаю, народ нашего края все-таки склонен к стабильности. У нас нет такого, что привело бы к разочарованию властью. Должно сработать чувство самосохранения. В любом случае власть слышит людей и реагирует. Если кто-то где-то в районе не слышит, слышит губернатор. Вопрос только в том, как быстро это происходит. Бывают мгновенные решения. Бывает, требуется какое-то время, чтобы разобраться. Правда, низковата ответственность отдельных маленьких начальников, которые на своем уровне обязаны принимать решения, но уклоняются, ссылаясь на вышестоящих. Слышал и от некоторых глав районов, дескать, он бы решил вопрос, но губернатор не дает денег и т.д.

- От действующих глав?

- От бывших глав. Но мы разобрались, к примеру, с тем же бывшим главой Ванинского района. Я думаю, все же настанет время, когда будут приняты меры по отрешению от должности глав муниципалитетов, которые себя скомпрометировали.

- Сейчас во властных структурах люди, рожденные в 50-60-е годы прошлого века. Это поколение постепенно уходит. А лидеры нового поколения у нас есть?

- Конечно, есть.

- Кто они? Где они? Какие они?

- Лидеры есть, но не все изъявляют желание идти во власть. Хотя некоторые участвуют в конкурсах. У нас есть молодежное правительство. Было немало участников в конкурсе «Молодые лидеры России». В финал вышли немногие, но до полуфинала дошли примерно восемьдесят ребят. Это резерв. Часть из них взяли на работу в органы управления. Но понимаете: у них нет жизненного опыта. А чтобы работать во власти, его надо иметь. Хорошо, если есть еще и производственный опыт. Люди моего поколения прошли и производственную школу, и комсомол, и советскую власть… А сейчас другое время. Молодые не хотят работать на производстве.

- А вот вопрос на засыпку: ваша биография, Виктор Васильевич, как-то ходит по кругу. Вы ведь в Амурской области в свое время были первым заместителем председателя правительства, и сейчас в Хабаровском крае такая же должность.

- Должность такая же, но полномочия отличаются.

- Мы про Амурскую область не спрашиваем, кроме одного – не скучаете по малой родине?

- Конечно, скучаю. Я же там родился и вырос. Там мои дети, внуки, друзья. А в Хабаровском крае служил в армии, учился сначала в техникуме электросвязи, потом – в академии госслужбы.

- Вы уже шесть лет в Хабаровском крае. На ваш взгляд, что достойного удалось сделать за это время?

 - Выстроена система работы по внутренней политике. Выстроена работа с местным самоуправлением. Понятна система выборов. Понятна роль представительных органов, роль инициативного территориального самоуправления. Мы выстроили системную работу с политическими партиями. Мы развили тему некоммерческого сектора. Мы отработали «Народную программу» с точки зрения ее сопровождения и контроля за исполнением. И т.д.

Что не удалось до конца сделать – это выстроить работу со СМИ. Господдержка СМИ вызывает у людей некое подозрение: если власть их финансирует, значит, они будут власть хвалить. А в этом нет необходимости. Если власть заслужила – похвалите. Если власть где-то что-то не так сделала – покритикуйте. Но это не должна быть оголтелая критика. Это должны быть предложения. Хочется больше объективной информации и доверительных отношений в этом плане.

Было мое ходатайство перед губернатором снять с приватизации краевую типографию. Вячеслав Иванович поддержал его. Мы вывели типографию из всех долгов. Есть возможность дать ей модернизироваться, развиться.

Еще надо решить проблему доставки почты, печатной продукции в районы, чтобы это было системно.

- О чем подумалось к концу разговора: диалог власти с гражданским обществом о будущем Хабаровского края может стать задачей внутренней политики правительства нашего края?

- Диалог о будущем края начинается с момента отчета губернатора перед Законодательной думой, где говорится о сделанном и о перспективах. Его слушают депутаты, которые работают с населением. Его слышат СМИ, которые должны довести задачи до населения края.  А потом этот диалог развивается в рамках гражданского общества. Мы зачем проводим гражданские форумы? Именно для этого. Люди говорят о своих проблемах, о способах и формах их решения, готовят предложения для власти наряду со своим участием.

Дальше: я поручил создать такую схему - сколько предложений поступает в органы исполнительной власти от общественных советов и сколько из них реализовано. А члены общественных советов не сами по себе, они приходят из коллективов, где им дают поручения.

Есть и другие формы работы. Поверьте: будущее края – в каждом будничном деле. Сейчас Хабаровский край – это большая стройка. И в каждом объекте - будущее. Студенты и школьники – наше будущее. Вопросы здоровья, демографии – для будущего. И что лучше: меньше говорить, а больше делать или наоборот?

Раиса Целобанова

e-mail: tselobanova1950@yandex.ru

В опросе также принимали участие: Ирина Северцева, Владимир Чернышов, Михаил Сергеев

Фото Михаила Сергеева


Вернуться назад