Еженедельник "Молодой Дальневосточник" > Новости > Хабаровское колесо истории: Здесь будет город заложен

Хабаровское колесо истории: Здесь будет город заложен


13-04-2017, 10:31. Разместил: Юрий Вязанкин

 

Четырехметровая статуя основателю Хабаровска капитану  Дьяченко установлена неподалеку от того места на берегу Амура, где высадились военнослужащие 13-го Сибирского линейного батальона. Они взялись за строительство поста, из которого выросла Хабаровка, прародительница Хабаровска.

Скульптор Александр Рукавишников не скрывал, что создавал собирательный образ офицера середины XIX века, поскольку изображений Якова Васильевича Дьяченко не сохранилось.

Хабаровску, на мой взгляд, повезло.  Город может гордиться своим основателем - человеком  безупречным, что в истории встречается редко, - говорит Александр Филонов, автор книги «Три ипостаси Якова Дьяченко», ученый секретарь Приамурского географического общества.

 Краеведам известно, кто был основателем Благовещенска. Он тоже командовал батальоном, но во время зимовки в его батальоне погибли люди,  и  это обстоятельство, вероятно,  не позволило считать его деяния заслуживающими увековечивания. Основатель Владивостока имел известное  пристрастие печального свойства,  к тому же он носил не морской, а сухопутный чин, и все это вместе взятое, похоже,  обрекло его на полузабытье. В общем, благовещенцы и владивостокцы  полагают, что у истоков их городов стоял генерал-губернатор Восточной Сибири Николай Муравьев-Амурский.  С этим трудно спорить, однако в той же мере он имел касательство к  Хабаровску, Николаевску-на-Амуре,  Советской (Императорской) Гавани.

Что касается Дьяченко, то он служил не только в Приамурье, но и в Приморье. Причем его приморские свершения были, пожалуй,  весомей и шире. Но это не значит, что жизнь Якова Васильевича представляла  собой гладенькую дорожку.

Он родился в Малороссии, как называлась тогда Украина, в семье мелкопоместного дворянина. Пятнадцати лет от роду начал службу унтер-офицером, выражаясь по-современному, сержантом.  Из конно-егерского полка в Молдавии его перевели в драгунский полк в Финляндию, которая  входила в состав Российской империи. Это приграничные территории, где служба - не балы и флирты, а бивак,  конский пот на упряжи,  то ли подобострастное, то ли озлобленное обращение «Ваше благородие…».  Дьяченко получил погоны корнета, затем поручика. В 1841 году, прослужив без малого десять лет,  в звании штаб-ротмистра  уволился по болезни.

Чем он занимался на гражданке?  Хозяйством в родном имении на Полтавщине?  Устройством семейной жизни после женитьбы и рождения наследников? Свидетельств на этот счет не сохранилось. Хотя известно, что в 1852 году Дьяченко подал прошение и был принят на службу поручиком. Иначе говоря, с понижением в звании, но это не сдержало стремления распрощаться с гражданским житьем-бытьем. Что подтолкнуло ко второму кругу воинской службы? Незадачи в ведении хозяйства, разочарование в личной жизни? Одно ясно: существовать как Обломов, персонаж одноименного романа,  Яков Васильевич не пожелал.

Война на западе и востоке

Он был направлен в 13-й Сибирский линейный батальон,  позже переименованный в 3-й Восточно-Сибирский. Из названия частей вытекает их назначение - охрана укрепленных линий и государственной границы.

Через год после возвращения в строй Дьяченко получил погоны штабс-капитана. Зимой 1855-1856 годов под его командованием выполняется переход из Верхнеудинска (ныне Улан-Удэ)  на Шилкинский завод, который называли Муравьевской пристанью.  Здесь, на берегу реки Шилка, левой составляющей Амура,  по приказу генерал-губернатора Муравьева строили пароходы, баржи, плоты для знаменитых амурских сплавов.

Первый сплав состоялся в 1854 году. Шла Крымская война, в которой Османскую империю,  противостоявшую России, поддержали англичане и французы. Муравьев, предвидя их нападение на Петропавловскую гавань, сумел отправить  войска, вооружение, продовольствие на Нижний Амур, откуда они морским путем были доставлены на Камчатку. Благодаря подкреплению нападение англо-французской эскадры на главную базу Сибирской военной флотилии было отбито.

Второй сплав был проведен в 1855 году. Третий, в котором участвовал Дьяченко,  - в 1856 году.  Они имели не только военное значение. От Верхнего до Нижнего Амура создавались посты, а значит, началось заселение Приамурья русскими людьми. Примечательная деталь: первой казачьей станицей на Амуре считается поселение на острове Сучу напротив Мариинского поста. Там были не только люди и кони,  избы и огороды.  В Сучу стояли пушки, готовые встретить неприятеля огнем, если его корабли двинут из Охотоморья вверх по Амуру.

Куда заводились плоты

В 1857 году Муравьев поручил Дьяченко использовать вверенные ему четыре роты 13-го Сибирского линейного батальона для устройства житья-бытья конных казаков. Крымская война осталась позади,  более не было нужды  в вооруженных  формированиях, переброшенных  на Нижний Амур. Их возвращение представляло собой почти безнадежное дело: сухопутных дорог не существовало,  водный путь против течения был длительным по времени,  не укладывался в сроки навигации, а потому обрекал на холод и голод.  Единственной возможностью спасти людей и лошадей стала организация постов, в частности Усть-Уссурийского, Усть-Сунгарийского.  Подспорьем стало создание почтовых станций на Амуре и Уссури, размещавшихся через каждые сорок километров. Казаки обзаводились домами, хозяйством. Жизнь налаживалась…

За отличие в службе Дьяченко произведен  в капитаны и назначен командующим 13-м Сибирским линейным батальоном. Именно командующим, поскольку иное выражение применительно к батальону появилось позже.  Батальон включал в себя четыре роты общей численностью свыше пятисот военнослужащих. Правда, служили они не в одном гарнизоне, а были разбросаны на сотни километров по Амуру, а позже по Уссури.

В мае 1858 года Муравьев подписал с китайской стороной Айгунский договор, по которому левобережье Амура отошло России.  Вблизи впадения в него Уссури почти сразу высадился 13-й Сибирский линейный батальон, приступив к строительству поста, из которого вырос Хабаровск. В советскую эпоху не подвергалось сомнению утверждение, что своим рождением он обязан военному посту.  Последние четверть века отмечены разнобоем мнений. Кто-то полагает, что город Хабаровск начинался с селения Хабаровка. Кому-то представляется,  что прародительницей Хабаровска была деревушка Бури, где жили нанайцы. Возникли сомнения, что Дьяченко с подчиненными высаживался возле утеса, где им установлена памятная доска со скульптурным изображением.

- Везде, где появлялись военные, строились казармы, помещения для хранения вооружения, продовольственные склады. На некотором расстоянии от гарнизонного хозяйства  располагались дома офицерских семей, рядом с которыми появлялись лавчонки.  Можно сказать, что город начинался с военного поста и примыкавшего к нему селения Хабаровка. В этом нет  противоречия.  К примеру, был Усть-Уссурийский пост, а возле него прирастало домовладениями село Казакевичево, - говорит Филонов. - Спорщики по поводу места высадки Дьяченко и его батальона порой забывают, что полтора века назад за утесом не было ни яхт-клуба, ни  стадиона. Там располагалась пойма реки, названной Чердымовкой. Я полагаю, что туда батальон заводил плоты.

 Назначение - Приморье

Главное заведывание, как следовало из приказа Муравьева, поручалось Дьяченко во всем, что касалось Амурского казачьего войска, выделившегося из  Забайкальского, а также аборигенов, которые не признавали установленной межгосударственной границы, используя для быстрого перемещения выдолбленные лодчонки.

Успехи Якова Васильевича в обустройстве Среднего Амура едва не обернулись его переводом на Нижний Амур. Там дислоцировался линейный батальон под командованием Бернгарда Буссе. Когда его брат, Николай Буссе, был назначен военным губернатором   Амурской области,  кадровая рокировка представлялась обоим весьма желательной. Дьяченко планировалось направить в Мариинское,  Бернгарда Буссе - в Хабаровку, поближе к брату. Неизвестно, как воспринял известие о намечаемом перемещении Яков Дьяченко. Одно несомненно: протекционизм и кумовство существовали и в ту пору, хотя отношение честных людей к ним было очевидным.  Впрочем, Дьяченко действительно оставил Хабаровку и убыл в Приморье.

Пекинский трактат, заключенный в 1861 году,  определял границы южной части Приморья, которая прежде считалась  совместным пользованием.  Надо  было осваивать новые российские земли,  и приамурский опыт Дьяченко не остался без внимания Михаила Корсакова,  сменившего Муравьева-Амурского на посту генерал-губернатора Восточной Сибири.

Что касается подполковника Бернгарда Буссе, то ему удалось перевестись в Хабаровку. Правда, история не сохранила его деяний по новому месту службы. А вот  подполковник Дьяченко в Приморье развернулся, по определению Филонова, в трех ипостасях.  Возглавив  пост в Посьете,  он, по сути, стал первым пограничником на Тихоокеанском побережье.  Определение межгосударственной границы не изменило хозяйственных отношений, которые складывались десятилетиями, а может, и столетиями. К примеру, китайцы, или, как они себя именовали, манцзы,  продолжали мыть золотишко в прибрежной полосе.  Пресечение незаконного промысла вызвало активное сопротивление, названное Манзовской войной. Было вырезано село Никольское (ныне Уссурийск), убиты и ранены  матросы вблизи  Владивостока. Дьяченко сам участвовал в боевых действиях, и его решительность не осталась незамеченной. Он был произведен в полковники.

Когда российско-корейскую границу стали тысячами переходить корейцы,  Яков Васильевич был вынужден осваивать дипломатию, ведь между Россией и Кореей еще не существовало дипломатических отношений.  Не без его содействия корейцам выделялись земельные наделы, они селились общинами, обретая крышу над головой, выращивая рис, не зная притеснений.

Возведение постов, ставших станицами и городами, пожалуй, главная ипостась Дьяченко. Непросто определялось место будущей базы Сибирской военной флотилии после решения о ее переводе из Николаевска-на-Амуре, скованного льдами полгода. Рассматривались заливы Ольги, Владимира, конечно же, почти незамерзающий Посьет. Предпочтение было отдано  Золотому Рогу, где выросли кварталы и причалы Владивостока.

Скончался Яков Васильевич от воспаления легких на 55-м году жизни. Пожалуй, он стал первым из плеяды муравьевских соратников,  чья жизнь оборвалась на Дальнем Востоке. Тем не менее могила его не сохранилась. Хотя жителям Посьета известно, что сопка с дореволюционными захоронениями была срезана бульдозерами,  после чего там встали пятиэтажки.

Но есть Благовещенск и Владивосток с причастностью офицера Дьяченко к их истории.  Есть Хабаровск, где основателя города знают и чтут.  Ему поставлен памятник,  в его честь учреждена премия, о нем пишутся книги.  Его жизнь по-прежнему на виду,  она рождает искреннюю гордость и стремление честно служить Родине. 

М. Карпач

На снимках: памятник капитану Дьяченко в Хабаровске; мемориальная доска на месте высадки 13-го Сибирского линейного батальона

 Фото из открытых источников    

200 лет назад 21 марта 1817 года на Полтавщине родился Яков Дьяченко


Вернуться назад